Главное меню

  • К списку параграфов
О ВЫДАЮЩИХСЯ ЛИЧНОСТЯХ

АДОЛЬФ ЯНУШКЕВИЧ О КУНАНБАЕ ОСКЕНБАЕВЕ

...Немногим старше султана Барака бий Кунанбай, это тоже большая знаменитость в Степи. Сын простого киргиза, одаренный природой здравым рассудком, удивительной памятью и даром речи, дельный, заботливый о благе своих соплеменников, большой знаток степного права и предпи­саний алкорана, прекрасно знающий все российские уставы, касающиеся киргизов, судья неподкупной честности и примерный мусульманин, плебей Кунанбай стяжал себе славу пророка, к которому из самых дальних аулов спешат за советом молодые и старые, и бедные, и богатые.

Облеченный доверием сильного рода тобыкты, избранный на должность волостного управителя, исполняет ее с редкостным умением и энергией, а каждое его приказание, каждое слово выполняется по кивку головой. Когда-то он был красивым мужчиной, нынче на его лице следы оспы, несколько лет назад чуть не унесшей его в могилу, как Мирабо; во время вдохновенной речи он заставляет слушателей забыть о своем страшном обезображенном лице. Эти жестокие последствия страшной болезни всякий раз пробуждают в нем сладкие воспоминания о сочувствии земляков, которое может дать тебе доказательство его заслуг и значения.

— Толпы людей в отчаянии, — говорил он мне с волнением и гордостью, — днем и ночью окружали мою юрту, где среди невыносимых мук я боролся со смертью. Их слезы залили огонь, пожиравший меня, и вымолили у Аллаха возвращение меня к жизни.

Не таким ли сочувствием в одной из самых просвещенных стран Европы окружал народ последние минуты умирающего трибуна, что, как и Кунанбай, был его щитом против неспра­ведливости и насилия богатых; этот народ, что оказался менее счастливым, чем нецивилизованный, не сумев выплакать у Бога жизни для своего защитника, в порыве благодарности создал для умершего Пантеон.

С дюжину султанов и полдесятка мурз были нынче у нас на чаепитии. Обо всей этой родовой владетельной аристо­кратии можно сказать словами нашей польской пословицы: "Стоит дворец Паца, а Пац — дворца”. "Белая кость” (султаны) рядом с Бараком кажется скорее серой, чем белой, а все баи (богачи) недостойны развязать шнурок на обуви Кунанбая.

Янушкевич А. Дневники и письма из путешествия по казахским степям. Алматы, 1966. С. 61—63.

О П. И. РЫЧКОВЕ (ДОПОЛНЕНИЯ К "ИСТОРИИ ОРЕНБУРГСКОЙ”)

"История Оренбургская” П. И. Рычкова издана в 1896 г. Оренбургским губернским статистическим комитетом по так называемой демидовской рукописи, хранящейся в Оренбургской городской библиотеке, причем, начиная с § 123 текст сверен с печатным изданием "Истории” — журнала академика Миллера "Сочинения и переводы, к пользе и увеселению служащие” за 1759 г., — за второе полугодие.

К сожалению, как в рукописи, так и в имевшемся в руках издателя экземпляре "Сочинения” оказались дефекты: в рукописи недостает 9 параграфов, а в книжках журнала — одного листочка. Но и, кроме того, в рукописи оказалось много неразобранных редактором мест.

Воспользовавшись своим пребыванием в Петербурге, нижеподписавшийся сверил по возможности издание Статистического комитета с первопечатным изданием "Истории”, причем имел возможность внести в него следующие исправления:

С. 1, столбец 2, строка 7 снизу:

"И Байбакеленгутом: и уповаем, что по тому нашему указу он, Абдул хан, о том сам известие учинил. А нынче мы, Великая Государыня, Наше Императорское Величество из особливого нашего милосердия ко всему киргиз- кайсацкому войску, соизволили послать отсюда статского советника Ивана Кириллова, нашего ж полковника мурзу Мамета Тевкелева, и указали город при устье Ор-реки построить для удобнейшего и скорейшего нашего подданного Абулхаир хана и старшин всего войска, також- де и других Киргиз-кайсацких и Каракалпакского в наше подданство пришедших орд ханов и старшин и всего ж войска и посольства, от наших и ваших неприятелей охранения и защищения; о чем о всем от нас, Императорского Величества, дана им — статскому советнику Кириллову и полковнику Тевкелеву полная мочь (полномочия. — Ж.К.).

И вам Киргиз-кайсацкой Большой орды бекам Коадар бию, Тюля бию, Сатой батыру, Кайгилды батыру и всей той Киргиз-кайсацкой Большой орде Всемилостивейшее соизволением о сем ведать, и во утверждение Вашего в подданство наше прошения и вступления, ради учинения обыкновенной всеподаннейшей нам присяги, прибыть вам, бегом (бекам. — Ж.К.) и старшинам самим к оным нашим посланным с.с. Кириллову и полковнику Тевкелеву и при них за тое вашу верность, учиня нам присягу, содержать оную во всех пунктах непременно, и служить нам верою. А мы, Великая Государыня, Наше Императорское Вели­чество, за службы ваши будем вас всегда в нашей императорской к вам милости содержать. Посланцы ваши допущены к руке нашей и содержаны здесь во всякой милости, и на отпуск пожалованы и в дорогу кормовыми деньгами удовольствованы, и отпущены к вам с сею Нашего Императорского Величества грамотою: а на словесное их доношение ответ им учинен словесно ж. Вам, бегом и батырам, посылается Нашего Императорского Величества жалованья по росписи, посланной на вашем языке”.

Дан в Санкт-Петербурге 10 июня 1734 г., государ- ствования нашего и этого года. У подлинной грамоты приложена большая государственная печать.

Жуковский П.В. Дополнения к "Истории Оренбургской” П.И. Рычкова//Труды Оренбургской ученой архивной комиссии.

В. XXXIII. Оренбург, 1916. С. 99—101.

О СУЛТАНЕ ГАЗИ ВАЛИ ХАНЕ

Недавно исполнилось 30-летие службы в офицерских чинах внука последнего владетеля Большой и Средней орд, султана Гази Булатовича Вали хана, полковника Лейб- гвардии Атаманского Е.И.В. Наследника Цесаревича полка. Ныне это заслуженный, образованный офицер, и никто не узнал бы в нем дикого сына степей, предки которого беспокоили Россию набегами, а дед, султан Габайдулла или Обайдулла, еще в половине двадцатых годов текущего столетия принимал участие в неприязненных действиях против русских, хотя по смерти владетеля Большой и Средней орд Вали хана, в 1824 г., киргизы этих орд были окончательно присоединены к Российской империи. К Габайдулле, старшему сыну Вали хана, наше прави­тельство отправило посольство с богатыми подарками и патентом на чин подполковника. В грамоте он был назван старшим султаном, но этот титул Габайдулле не понравился, а так как, кроме того, правительство требовало у него уступки урочища Кокчетава под постройку города, то он подарков не принял, и в ответе не соглашаясь на уступку помянутого урочища, выразился, что если русские захотят силою захватить место для постройки города, то сами и будут отвечать за последствия. Правительство после такого ответа несколько раз вызывало хана с намерением задержать его, но лукавый Габайдулла не поехал и начал неприязненные действия против русских. Двинув часть Орды к горам Улу-Тау и Кичи-Тау под предводительством своих племянников, султанов Кенесары и Наурызбая, он сам отправился к границам Китайской империи и, остано­вившись в урочище Баян-Аул, послал посольство к китай­скому императору с просьбою признать его, Габайдуллу, ханом Большой и Средней орд. Из Баян-Аула он послал подкрепления к Кенесары и Урузбаю и распоряжался действиями против наших отрядов. Спустя четыре месяца посольство вернулось из Китая с грамотою о признании Габайдуллы киргизским ханом и ван-гуном, т.е. великим князем Китайской империи, и Габайдулла был торжественно поднят на белом войлоке, что, по древнему обычаю киргизов, обозначало возведение его в ханское достоинство...

...Он не один раз был командирован пограничными властями на границу Китая для принятия посольства и дунганских депутаций. Интересуясь судьбами Востока, султан Гази Вали хан имеет много материалов по этой части, прекрасно знает положение дел в областях, населенных родным ему народом.

(П.Б.) инициалы не расшифрованы.

Султан Вали хан Гази// Нива. 1891. № 1.

Золоченые сараи, белые мечети Не строились прежними ханами,

И после них не осталось такого наследства.

Не заводя знакомства со знатными,

Не брали они красавиц из благородных,

А прельщаясь богатством родителей И румянцем их дочерей,

Выбирали красавиц из простых, —

Но впоследствии, в нужных случаях,

Никакой помощи от них не было...

Хан же Джангир, превосходя предков И хана Исмагила,

Думал о последствиях...

Он занял землю, не бывшую у его предков,

И построил на ней здание.

Превосходство Джангира над предками видно уже из того,

Что окружность его дома равнялась месячному пути,

А поперечник — дневному.

Увидевшие дом стоят в удивлении... и как не дивиться,

Когда снег, при самой сильной метели,

Не может попасть внутрь здания.

Если оценить стоимость здания до мелочей,

Составится цена выше земного богатства.

Джангир хан, рожденный выше предков своих, Обгородил здание забором из дорогих камней...

ХВАЛЕБНАЯ ПЕСНЬ ДОС-ХОДЖИ В ЧЕСТЬ СУЛТАНА КЕНЕСАРЫ КАСЫМОВА

Привет тебе (букв. — мир вам),

Мой могущественный, подобный пери, султан,

Мой безгранично глубокий умом!

Твой дед жил и сражался

1 Алашинца (т. е. алшинца. — Ж.К.). Напечатано по определению (решению) совета Общества археологии, истории и этнографии при Императорском Казанском университете. Секретарь общества Н. Петровский.

с Уса-Сереном калмыцким.

Если (пространство), видимое с расстояния одного дня (езды),

Будет виднеться, сердце мое разделится.

Сев на лошадь, переваливающуюся с боку на бок, Разодетый во всевозможные шелка,

Сын богача Бай-Кончак Соскучится о своем народе и земле После того, как ушел с этой стоянки.

О зеленеющая счастливая гора,

Гора, бывшая счастливой и изобильной;

Гора, около которой останавливался, разнежась,

Твой (Кенесары) народ, шедший вечер и утро в Идиля, И промокшие косцы!

Ты была горою, называвшейся счастливой!

Весь твой недостаток был в том,

Что волки были жестоки к животным,

Твои волки были жестоки с врагами.

Гора, около которой (в то время), когда у ее подошвы останавливался твой (хан) народ.

Мои богачи держали у себя (от волков) парами овчарок, (Привязав их) у противоположного (жилищу) плетня "коры”.

(Гора) к широкому скату холмов (которой)

Приставали (и около которой)

Кочевали все бедные и богатые..

Гора, около которой проводили жизнь с удобством.

Что мне сказать (еще) в особенную похвалу (горе)?

Гора — (после того) как приходили в последний раз, Отделенная и оставшаяся без хозяина...

Гора — (в то время, когда) жили на одном месте пять дней, Наполняя сабу кумысом,

И для дочери известного богача

Устраивали скачки (пуская лошадей вскачь) и пиры, — Бывшая счастливою и изобильной!

Гора, около подошвы которой (в то время, когда) шелестели листья.

Раскидистые (плоды) его свешивались (вниз как бы) с неба,

Собирались девушки и молодухи,

Играли и смеялись у подножья горы.

Что мне сказать (еще) в особенную похвалу (горе)?

Гора — (после того как) приходили в последний раз, Отеленная и оставшаяся без хозяина!

Вы остаетесь позади меня,

Горы, предпочитаемые мной Сирии! ...

Нестеров Ал. Хвалебная песнь Дос-Ходжи в честь султана Кенесары

Касымова. Пер. с татарского языка.

МОИ СЛОВА

Так далеко,

Что не доскачешь,

Есть среди озер сады.

И так вкусны,

Что не расскажешь,

Садов тех райские плоды.

Кто раз попробует их мед,

Оттуда больше не уйдет.

Где судный день,

Что назван Богом?

Скачи хоть полторы луны!

Другому —

Выпал близким сроком,

Хотя у Бога все равны.

И среди темного народа Такая сила духа есть,

Что перед этим благородством Спасует хан,

Отбросит спесь.

Мои слова

Для сильных духом —

Не те же ль райские плоды?

А тем, кто слепы или глухи,

Как для пустыни —

Ковш воды.

Махамбет. Песни воина. Пер. с казахского А. Устинова.

Алма-Ата, 1989. С. 52.

НИКИТА ЯКОВЛЕВИЧ БИЧУРИН (В МОНАШЕСТВЕ — ИАКИНФ)

Русский исследователь Китая, синолог, родился 29 ав­густа (9 сентября) 1777 г. в чувашской деревне, умер 11 (23) мая 1853 г. В 1807—1823 гг. он был главой (архи­мандритом) русской церковной миссии в Пекине, где в совершенстве изучил китайский язык и во время путе­шествий приобрел большие знания о стране. Начиная с 1827 г. он опубликовал ряд сочинений о старом Китае, Монголии, Тибете, Туркестане, причем основывался, главным образом, на китайских источниках. Он также разрабатывал вопросы китайской истории, этнографии, культуры и философии. Бичурин изучил характер жителей Китая глубже, чем все другие европейские ученые его времени до него. В 1838—1837 гг. он организовал в Кяхте первые учебные заведения для изучения китайского языка.

Бичурин опубликовал труды: "Описание Пекина...”, СПб., 1829; "Записки о Монголии”, 1828; "Описание Чжуньгарии и Восточного Туркестана”. Ч. 1—2. 1829; "Китай, его жители, нравы, обычаи, просвещение”, 1840; "Статистическое описание Китайской империи”, 1842; "Собрание сведений о народах, обитаемых в Средней Азии в древние времена”, 1953.

300 путешественников и исследователей.

Биографический словарь. М., 1966. С. 30—31.

ВАСИЛИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ ПЕРОВСКИЙ (1795—1857 гг.)

Внебрачный сын графа А. К. Разумовского (фамилия Перовский происходила от названия села Перово — под­московного имения Разумовских). На военной службе — с 1811 г., участвовал в Отечественной войне 1812 г. В сраже­нии при Бородино был ранен. В 1818 г. стал адъютантом великого князя Николая Павловича. С 1825 г. — флигель- адъютант. 14 декабря 1825 г. находился "при Николае” и был "контужен поленом в спину” (во время выступления декабристов рабочие — строители Исаакиевского собора на Сенатской площади — бросали в свиту будущего царя кирпичи и поленья). В 1828 г. получил чин свиты генерал- майора. Участвовал в Русско-турецкой войне 1828— 1829 гг. Под Варной был тяжело ранен. В 1833 г. после приезда в Оренбург произведен в генерал-лейтенанты и назначен генерал-адъютантом. В 1833—1842 гг. — военный губернатор Оренбургской, а в 1851—1857 гг. — Орен­бургской и Самарской губерний и командир Отдельного Оренбургского корпуса. В 1839—1840 гг. руководил неудачным походом царских войск в Хиву. В 1843 г. получил чин генерала от кавалерии. С 1846 г. — член Госу­дарственного совета. В 1855 г. получил титул графа. А в 1853 г. во главе военного отряда штурмом овладел крепостью Ак-Мечеть (позже Форт-Перовский, г. Перовск, ныне — Кызылорда). В 1853—1857 гг. заложил ряд укреплений на Сырдарье и организовал Аральскую военную флотилию...

Записки о Бухарском ханстве.

Отчеты Демезона П.И. и Виткевича В. М., 1983. С. 133.

ВЛАДИМИР ИВАНОВИЧ ДАЛЬ

За восемь лет (1833—1841 гг.) своего пребывания в Орен­бургском крае Даль, кроме выполнения непосредственных служебных обязанностей, собирал фольклор, тюркоязычные рукописи, писал рассказы, повести или собирал материалы для них, участвовал в Хивинском походе в 1839—1840 гг.

В.           И. Даль тесно общался с местным населением, прежде всего с казахами, с оренбургскими старожилами, хорошо знавшими край, жизнь его народов. Он сочувственно относился к вождям казахских повстанцев Исатаю Тайманову (1791—1838 гг.) и поэту-воину Махамбету Утемисову (1804—1846 гг.).

Наряду со сбором пословиц, поговорок, песен ... русского народа Даль собирал фольклор и других народов. Так, он подарил профессору Варшавского университета Ф. И. Эзберу приобретенную им рукопись, написанную арабским шрифтом, которая (также) оказалась текстом "киргизской песни”.

Даль делал съемки маршрутных карт вблизи границ Хивинского ханства. Собранные сведения о путях в Хиву Даль передал Я. В. Ханыкову (географу, картографу). С большим знанием он описал быт уральских казаков ("Уральский казак”), жизнь казахов ("Бикей и Мауляна” и "Майна”), башкирский край ("Башкиркая русалка”, "Небывалое в былом”, "Охота на волков”, "Обмиранье”). На основе рассказов русских пленных и торговцев Даль создал такие познавательные рассказы о Средней Азии, как "Рассказ пленника Ф. Ф. Грушина”, "Рассказ об осаде кре­пости Герата”, "Осколок льда” о Хиве, Бухаре и других вос­точных городах.

Модестов Н.Н. Владимир Иванович Даль в Оренбурге.

Труды Оренбургской ученой архивной комиссии.

В. XXVII. Оренбург, 1913. С. 33, 62, 64, 50—56;

Фетисов М.И. Литературные связи России и Казахстана. М., 1956. С. 113, 150; Нурмухамедов М.К. Пушкин, Оренбург и оренбуржцы. Ташкент, 1984. С. 14—17.

ИЗ ИНСТРУКЦИИ ДЛЯ РУКОВОДСТВА К УТВЕРЖДЕННОМУ 14 ИЮНЯ 1844 г. ПОЛОЖЕНИЮ О ШКОЛЕ ДЛЯ КАЗАХСКИХ ДЕТЕЙ ПРИ ОРЕНБУРГСКОЙ ПОГРАНИЧНОЙ КОМИССИИ

§ 1. В состоящую при Пограничной комиссии школу должны быть принимаемы на точном основании § 12 высо­чайше утвержденного положения дети вообще киргизов и преимущественно оказавших услугу правительству и известных по своей преданности.

Примечание. Под сим должно разуметь как детей киргиз­ских султанов, биев, старшин, так и детей простых киргизов, лишь бы они были преданными правительству.

§ 2. Общий прием воспитанников в школу производится через каждые два года, 22 августа, но в случае открытия вакансии среди учебного курса можно заместить оную во всякое время.

§ 3. С просьбами о помещении воспитанников в школу ордынцы обращаются в Пограничную комиссию или к султану-правителю, который делает о том представление в комиссию с засвидетельствованием о преданности просителя к правительству.

§ 4. Законоучитель магометанского исповедания опре­деляется Оренбургским военным губернатором, по представлению Пограничной комиссии, из мулл, одобренных Оренбургским духовным магометанским собранием.

§ 5. Учителя русского и татарского языков, чистописа­ния и арифметики определяются с разрешения Оренбург­ского военного губернатора из учителей Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса и воспитанников, окон­чивших курс наук в этом заведении или в Казанском универ­ситете; а преподаватель производства следственных дел и составления деловых бумаг избирается г. председателем из чиновников Пограничной комиссии преимущественно из секретарей, без особого денежного вознаграждения. Учитель же гимнастики приглашается из Неплюевского кадетского корпуса.

§ 6. Учитель русского языка должен знать и татарский язык, потому что без знания его он не может с должным успехом правильно преподавать свой предмет.

ОБЯЗАННОСТИ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЧИНОВ

§ 7. Все распоряжения в школе зависят от разрешения Пограничной комиссии, но в делах, требующих особенной важности, она представляет Оренбургскому военному губернатору, а сей, если найдет за нужное, доводит о том до сведения азиатского департамента.

§ 8. Товарищ (заместитель. — Ж.К.) председателя Пог­раничной комиссии, который есть как бы попечитель киргизской школы, непосредственно наблюдает за точным и успешным исполнением надзирателем и учителями своих обязанностей, за способом и порядком преподавания воспи­танникам наук и вообще за умственным и физическим их образованием соответственно предназначению, а также за приличным содержанием воспитанников.

§ 9. Надзиратель школы, как ближайший начальник и исполнитель всех распоряжений по части хозяйственной и полицейского управления, обязан строго наблюдать: 1) за нравственностью, сохранением здоровья и успешным обуче­нием воспитанников; 2) за опрятностью и чистотою в одежде и помещении воспитанников; 3) за соблюдением в школе должного во всем порядка, тишины и благоустройства; 4) за сбережением всех вообще вещей и припасов, школе при­надлежащих.

§ 10. Надзиратель школы прямых сношений с другими местами и лицами не имеет, но в случае надобности обо всем доносит и представляет товарищу председателя.

§ 11. О замеченном упущении или нерадении со стороны надзирателя или учителей в исполнении ими своих обязан­ностей товарищ председателя немедленно доводит до сведения Пограничной комиссии.

§ 12. Надзиратель обязан иметь должное попечение о своевременном заготовлении всех вообще припасов как для продовольствия, так и для обмундирования воспитанников школы.

§ 13. О всех потребных расходах в школе надзиратель представляет через товарища председателя своевременно Пограничной комиссии, которая, смотря по мере действи­тельной надобности, отпускает потребную сумму, за правильным употреблением коей наблюдает товарищ председателя.

§ 14. Учителя должны заботиться, чтобы назначенные им для преподавания в каждом классе предметы были преподаваемы воспитанникам со всевозможною ясностью. Они в особенности ответствуют за успешное образование воспитанников в науках.

ОБРАЗОВАНИЕ ВОСПИТАННИКОВ

Предметы обучения

§ 15. Согласно с самою целью учреждения сей школы предметы обучения в оной суть следующие:

1.                 Закон магометанский.

2.                 Русский язык, чтение, чистописание и грамматика.

3.                 Арифметика и способ счисления на счетах.

4.                 Татарский язык.

5.                 Порядок производства следствия и составление деловых бумаг на русском и татарском языках.

6.                 Гимнастика...

АлтынсаринИ. Собр. соч. В 3-х т. Т. 1. Алма-Ата, 1975. С. 281—283.